Семья

Мой отец был простым рабочим, очень умным, но ни в коем случае не лидером, так что это (умение принимать решения) у меня не от родителей.

Я из поколения, родившегося в военное время. Мне говорили: ты родился, значит ты готов. И ты в безопасности. Можешь ходить в библиотеки, плескаться в ванной и играть в футбол. Твои родители работают все время, поэтому иногда выглядывает твоя бабушка, чтобы проверить все ли с тобой в порядке, или же ты уже сам за себя отвечаешь. Так все было устроено.

В ту рождественскую ночь 2001 года я уснул на диване во время просмотра телевизора. На кухне в это время назревал бунт. На нашем обычном месте для семейных собраний проводилось совещание по поводу решения, которое могло изменить жизнь каждого из нас. В гостиную вошел главный мятежник и пнул меня по ноге, чтобы разбудить. В дверях я разглядел силуэты троих моих сыновей: они выстроились в ряд в знак своей солидарности. 

– Мы все обсудили и решили, – сказала Кэти.

 – Ты не уходишь на пенсию. Я пытался переварить услышанное и решил пока не сопротивляться 

– Во-первых, ты вполне здоров, во-вторых, ты не будешь мешаться мне дома и, в-третьих, ты еще слишком молод, – Кэти выложила все первой, но наши сыновья прикрывали ей спину. Эта шайка явно была заодно: 

– Отец, не глупи, – сказали они. – Тебе еще есть, что им предложить - ты сможешь создать новую команду в «Юнайтед». 

Большая часть моей семьи присутствовала на трибуне: трое сыновей, восемь внуков и пара близких друзей. Я был счастлив, что они рядом, ведь для нас было важно вместе пересечь финишную черту моей карьеры. Наша семья сделала это как единое целое.

Жена

Она всегда дожидалась меня. Даже когда я ступал на порог дома в два или три ночи, Кэти всегда встречала меня. 

– Почему бы тебе не пойти спать? – спрашивал я ее по телефону, когда уже ехал домой. 

– Нет, не лягу, – возражала она. 

– Я буду ждать твоего возвращения. 

Сорок семь лет Кэти ждала меня домой.  

Мысли

– Некоторые люди, если им выпадает пара выходных дней, хотят отправиться в Солткотс, что в двадцати пяти милях вдоль побережья от Глазго. Кому-то не нужно и этого. Они счастливы оставаться дома, наблюдать за птицами и утками, плавающими в парке. И лишь немногие не желают ограничиваться малым. 

Они хотят полететь на Луну. 

Все зависит от ваших амбиций. 

Болельщики

Игроки могут порой недооценивать глубину фанатских чувств к клубу. Иногда болельщики думают, что это они владеют клубом. Некоторые болеют пятьдесят лет! Они с командой на всю жизнь. Поэтому, когда игрок выказывает неуважение по отношению к клубу, с ним не церемонятся. 

Награды за заслуги

Тем временем «Юнайтед» втайне от меня назвал трибуну моим именем. Когда я вышел на поле, две команды выстроились, чтобы отметить мое двадцатипятилетие на посту тренера клуба. Это было очень приятно. Игроки «Сандерленда» О’Ши, Браун, Бардсли и Ричардсон, выступавшие за «Юнайтед», широко улыбались. Я был горд. Меня попросили выйти в центр поля, где стоял Дэвид Гилл. У его ног лежал какой-то предмет, и я решил, что он собирается сделать мне подарок. Но вместо этого он развернул меня к Южной трибуне. Только он и компания, занимавшаяся монтажными работами, знали о том, что сейчас произойдет. Все хранилось в строжайшем секрете. Дэвид произнес речь и показал надпись. В жизни случаются моменты, когда ты говоришь себе: «я недостоин этого». В тот день я именно так себя и чувствовал. 

Дэвид долго думал о том, как подобающим образом увековечить мои заслуги, и ошарашил меня, сказав: 

– Мы хотим установить статую в вашу честь, но, наверное, подождем завершения тренерской карьеры. 

После открытия статуи еще одной большой честью для меня стало вручение Президентской премии ФИФА. На церемонии я сидел возле Пепа Гвардиолы, рядом с Месси, Хави и Иньестой. Три мушкетера. Это привилегия сидеть в такой компании. Все трое подошли ко мне, чтобы пожать руки.

Пресса

Только опытный человек, хорошо знающий повадки прессы, сможет настроить тренера на нужный лад. Однажды, когда у меня все шло не так, Пол Догерти сказал мне: «Ты напряжен и поэтому являешься для них отличной мишенью. Прежде чем выходить на пресс-конференцию, встань перед зеркалом, потри лицо, натяни улыбку и соберись. И тогда, будь уверен, они не смогут тебя слопать». 

Этого я точно не забуду.

 «Хорошо, ты доказал, что можешь выиграть Кубок Англии, но теперь убирайся обратно в Шотландию». 

 «Алексу Фергюсону, несмотря на то, что он родом из Гована, удалось достичь огромных жизненных успехов».

Как только наступает неудачный отрезок, начинается давление прессы. Ты везде видишь заголовки «Ферги, твое время вышло, настало время уходить». Старая песня под названием «Сколько можно занимать свой пост». Ты можешь посмеиватьсяN над этим, но тебе нельзя принимать это близко к сердцу, потому что истерия – это животный инстинкт. За все годы обо мне вышло множество одобрительных заголовков, потому что журналисты не могли избегать их из-за величины нашего успеха. Но чтобы тебя назвали гением, ты также должен допустить и то, что тебя могут назвать дураком.

Я знаю, что журналисты всегда находятся под давлением: им нужно быть быстрее интернета, Фейсбука, Твиттера и других сервисов, а над ними есть еще и главный редактор, постоянно контролирующий их. Это очень сложная работа.

..я никогда ничем не был обязан прессе – никогда плотно не общался с журналистами, никогда не рассказывал им историй и не давал автографов, – так что не мог рассчитывать на всестороннюю поддержку.

Рефери

Мне нравится наблюдать за работой высококлассных рефери, я люблю, когда правильные люди находятся в правильном месте. 

Люди, наделенные властью, должны принимать решения, но некоторые просто не способны делать это быстро. Природа человека такова, что и судьи могут ошибаться. Но хорошие судьи делают ошибки реже. Те, кто ошибаются, не обязательно плохие рефери – они всего лишь не успели вынести правильное решение. 

Важно не то, как долго они могут бежать, а то, как быстро они окажутся в нужном месте. 

...один из моментов, который отличает высококлассных рефери – способность принимать решения против шерсти, невзирая на рев толпы. 

Однажды я был на матче «Милан» – «Интер», и один из высокопоставленных чиновников «черно-синих» сказал мне: 

«Знаешь, что отличает английский футбол от итальянского? В Англии никто и мысли не допустит, что матч нечестный. В Италии никто не поверит, что матч честный».  

Олд Траффорд

Футболисты

Иногда футболисты видят только эпизоды, а не игру целиком. 

У футболистов должен быть пример для подражания. Они должны говорить себе: «Он достиг того, чего я только хочу добиться». 

Даже один единственный трофей может стать катализатором. 

Что отличает хорошего футболиста от плохого при действиях вблизи чужих ворот? Способность принимать решения. Мы раз за разом объясняем это нашим игрокам. Если бы я сейчас начал тренировать с чистого листа, то заставил бы каждого играть в шахматы. Для развития навыков концентрации. На первых порах на одну партию тратится по 3-4 часа, а опытный шахматист легко играет в блиц, и вот это уже настоящий класс. Скорость принятия решений в условиях сильного стресса. Разве в футболе не то же самое? 

Вперед!

"Успех цикличен, а спады неминуемы....

Жизненно важно все время смотреть вперед."

...поскольку Босс остается...

Бесконечные похвалы звучат лживо, и футболисты чувствуют это. Основной момент во взаимоотношениях тренера и игроков заключается в том, что вы должны заставить их взять на себя ответственность за собственные действия, собственные ошибки, свой уровень игры и, наконец, за показанный результат. Мы все работаем на результат. 

Сейчас я советую молодым тренерам не стремиться к конфликтам. Не ищите их, потому что вы можете поставить свою карьеру под угрозу. Если вы идете на конфликт, то игрок вынужден будет занять контратакующую позицию, которая даст ему психологическое преимущество.

Существуют психологические правила общения с отдельными футболистами. Нестандартное поведение помогает взглянуть на ситуацию их глазами. Все мы были молоды, так что не так уж сложно поставить себя на их место. 

Преимущество тренера заключается в том, что он знает о желании футболиста играть. По сути, все они хотят быть на поле. Поэтому лишая их этого удовольствия, вы забираете часть их жизни. И это может стать важнейшим инструментом воздействия. Рычаг власти в вашем полном распоряжении.  

Люди безостановочно говорили о моих играх разума. Каждый раз, когда я делал публичное высказывание, рой аналитиков искал в нем скрытый смысл, хотя в 98% случаев его не было. Но психологическое давление делало свое дело. Срабатывали даже суеверия – ибо все им подвластны. 

Хоть игры разума и помогали мне нервировать соперников, часто я выбивал их из колеи ненамеренно.

Нельзя давать игрокам повода подумать: «Тренер ошибся». Если они теряют веру в вашу компетентность, то они теряют веру в вас. На высшем уровне нужно постоянно держать в голове это утверждение. Нужно аккуратно подходить к тому, что говоришь игрокам. Но в попытке утвердиться в правоте, можно и впросак попасть. За истиной никогда не угонишься. 

Я мог раскритиковать свою команду публично, но никогда не бичевал отдельных игроков перед прессой. Болельщики имеют право знать, когда тренер недоволен игрой. Но не кем-то отдельно. 

Самое ужасное в работе тренера – это говорить людям, отдавшим все для тебя, что они больше не вписываются в твои планы.

Класс 92

Воспитанники обеспечивали нам стабильность. «Манчестер Юнайтед» узнают по тем великим игрокам, которые присоединились к клубу за двадцать шесть лет, что я был у руля команды – начиная с Брайана Робсона, Нормана Уайтсайда и Пола Макграта и заканчивая Эриком Кантона и Криштиану Роналду. Но доморощенные парни сохраняли дух «Юнайтед». Дух – вот что они давали команде. Они были отличным примером для нашего тренерского штаба – показывали, чего мы можем достигнуть, развивая молодежь, – и путеводной звездой для следующего поколения игроков. Их присутствие позволяло любому мальчишке мечтать, что мы вырастим из него очередного Кантона – у себя в Академии, на наших тренировочных полях. 

Увлечения отличны от футбола

Как чтение книг и покупка вин, так и скачки научили меня переключаться с футбола на что-нибудь другое. Эта сторона моей жизни начала свое развитие с 1997 года, когда я почувствовал полный упадок сил и понял, что мне нужно чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься от футбола. В этом мне помогло изучение вин. Я начал собирать вина с Фрэнком Коэном, известным коллекционером современного искусства и моим соседом. 

Лошади

Я назвал свою первую лошадь Куинсленд Стар – в честь корабля, на котором работал мой отец и который он помогал строить. 

ЦРУ..Куба..Футбол

"Знаете, как в 1969 году ЦРУ узнало о том, что на Кубе работают русские? 

Футбольные поля. 

На аэрофотоснимках были заметны футбольные поля, которые обустраивали советские рабочие. Кубинцы не играли в футбол. Генри Киссинджер 126 был европейцем, поэтому он обратил на это внимание."

Кеннеди

Моя тяга к коллекционированию книг все увеличивалась. Наиболее полная биография Джона Кеннеди – это книга Роберта Даллека «Незаконченная жизнь. Джон Ф. Кеннеди. 1913-1963». Необыкновенная книга. У Даллека был доступ к медицинской карте Кеннеди, которая показывала, что Джон был чудом, учитывая болезнь Аддисона и проблемы с печенью. 

Рой Кин

Если Рою казалось, что ты халтуришь, он мог стереть тебя в порошок. Многие игроки испытали на себе его гнев за подобный грешок и не имели ни единого шанса скрыться. И я ценил в нем эту черту характера – сильные личности всегда помогали мне управлять командой. 

Игроки

На своем веку я тренировал многих великих игроков, но Роналду превосходил всех. Единственные, кого можно поставить рядом с ним, это наши воспитанники – Гиггз и Скоулз.

Маргарет Тэтчер и Королева Елизавета

Однажды он (Роланд Смит) поведал, как Маргарет Тэтчер присутствовала на ужине у Королевы. Ее Величество хотела, чтобы обновили королевский самолет. Роланд проходил вразвалочку мимо них, заметив, что они сидят спиной друг к другу. 

– Роланд, – позвала его Королева, – могли бы вы сообщить этой женщине, что моему самолету требуется ремонт.

- Мадам, я готов Вам помочь, - ответил он. 

*В 2001 году правительство Великобритании заморозило на уровне 15 миллионов фунтов размеры расходов на ремонт и содержание имущества, предоставленных государством в пользование монарха. В 2009 году в рамках программы по сокращению расходов.  

Бекхэм

Из всех игроков, с которыми мне довелось иметь дело, единственным, на кого абсолютно не влияли собственные ошибки, был Дэвид Бекхэм. Он мог провести худший матч в жизни и все же не верить, что каким-либо образом выступил ниже своих возможностей. Бекс будет отстраняться от тебя, сыпать обвинениями в неправоте. Он до последнего защищал себя. Я даже не знаю, развилось ли это в нем под влиянием окружения или нет, но он никогда не признал бы, что сыграл плохо или ошибся. И мне не оставалось ничего другого, как восхищаться этим. В некотором смысле это было отличным качеством. Несмотря на количество ошибочных действий (с моей точки зрения, а не его), он всегда будет стремиться завладеть мячом. Его уверенность в своих силах никогда не иссякала. Но надо признать, такие черты есть у всех футболистов и многих тренеров. Пристальное внимание общественности – неважно, публика это, пресса или фанаты – разрушает броню, за которой ты прячешься.